Вещая птица (по)беды  - Татьяна Коростышевская

– Наверное, нам нужно время, чтоб привести мысли в порядок?

– Я не хочу больше ждать, – Ларс смотрел на мою руку в своей. – Прости меня, малыш, я слишком долго не замечал твоего состояния и, видимо, спровоцировал…

– Если бы Гриделень захотела, я бы сейчас занималась с ней сексом, – перебила я. – Это было ужасно! Теперь я понимаю, что она заставила тебя, что…

– Если бы мы с тобой занимались любовью как нормальная пара, этой ситуации не было бы. Так что, малыш, я виноват. Ты сможешь простить меня?

От немедленного ответа меня спасла трель ларсова телефона. Демон извинился и ответил на звонок, мою руку так и не отпустив. Святозар тоскливо вздохнул.

Ларс закончил разговор и повернулся ко мне:

– Сейчас у меня встреча. Это важно. Составишь мне компанию?

– Почему бы и нет?

Больше всего мне хотелось в душ, кофе и выпустить лягуха, но я сочла, что озвучивать свои желания будет не очень приличным.

Мы сели в машину. Ларс не воспользовался навигатором, поэтому куда именно мы едем, я не представляла.

– Выпей кофе, мы минут через десять будем на месте.

Я опустошила термос в рекордные сроки. Дышалось уже полегче, а не как сквозь пуховую подушку.

– С кем у тебя встреча?

– Ты сама все увидишь. Просто, чтоб продолжать разговор, нам с тобой нужно увидеться с этим человеком.

Мы съехали с кольцевой в направление Энского аэропорта.

– Этот «кто-то» прилетит на самолете?

– Да.

Парковку мы миновали, подъехав сразу к главному входу. Здесь стояла целая вереница автомобилей, но для нас местечко все же нашлось – прямо напротив раздвижных стеклянных дверей. Заглушив мотор, демон обошел машину и открыл для меня дверцу.

– А я этого человека знаю?

Ларс широко улыбнулся и показал подбородком в сторону:

– И очень хорошо.

Я проследила за его взглядом, замерла, взвизгнула и побежала со всех ног навстречу, сбивая прохожих и не находя в себе сил даже извиниться.

– Мама! Мамочка!

Я напрыгнула на нее как Тигра из мультика про Винни Пуха:

– Как же я рада тебя видеть! Почему не предупредила?

– Это и был мой сюрприз, – спокойно пояснил подошедший Ларс. – Здравствуйте, Маргарита Аркадьевна, как долетели?

– Хорошо, спасибо, – ответила мама, одной рукой цепко обнимая меня за плечи, а другой передавая Ларсу дамский саквояж. – Немного болтало над Альпами, но мы даже не успели толком испугаться…

Она развернула меня к себе, внимательно всмотрелась в лицо:

– Спишь плохо и мало, питаешься всякой ерундой, а тебе о здоровье задуматься пора. Мне нужны здоровые внуки.

Я хихикнула. Моя мама и внуки – это были слова из каких-то параллельных, никогда не пересекающихся реальностей. Говорят, что после определенного возраста каждая женщина вправе сама выбирать, сколько ей лет и где у нее талия. Мамочка решила остановиться на тридцати годах, а уж с фигурой у нее всегда был полный порядок. Ухоженная подтянутая блондинка, с шикарной ассиметричной стрижкой, брендовым гардеробом и неброскими, но стильными драгоценностями.

– Я ждала тебя не раньше мая, – попыталась я увести разговор со скользкой темы.

– И поэтому скачешь по сугробам в мужской куртке и с голыми коленками?

Попытка провалилась.

Мамины пальчики с безупречным маникюром пробежались по вороту:

– О, новая коллекция. Так что с тобой произошло?

– Я…

Чёрт! Что ж сказать? Как оправдаться? Я, знаешь ли, в вещую птицу оборачивалась, а одежда таких превращений не любит? Я вообще ничего родителям не рассказала, ни про Фейриленд, ни про то, что ее бывший будущий зять ледяной демон, а сотрудники и соратники – разнообразные нелюди.

Я не хотела долго от родителей скрываться, просто откладывала. Ну не для видеочата этот разговор, не для и-мейла. Хотела при личной встрече открыться.

– Простите, Маргарита Аркадьевна, – спас меня от незапланированного разоблачения Ларс. – Это моя вина. Я хотел Даше сюрприз вашим приездом сделать, поэтому прямо с новогодней вечеринки ее похитил.

– А вечеринка у вас была тематическая? Вы натуристы? Стремитесь наготой свою близость к природе показать?

Мамины стянутые в ниточку губы предвещали скорый скандал.

Ларс улыбнулся, игнорируя разливающееся в воздухе напряжение, и легко приобнял меня за плечо. Я ощутила, как по спине сбежала дорожка чего-то сыпучего. Хитрый лис насыпал мне за шиворот гламор! Поэтому я распахнула куртку почти без опасений:

– Мам, ну что ты? Просто платье коротенькое.

Пристальный взгляд родительницы скользнул снизу-вверх и обратно:

– Маленькое черное платье. Классика. Туфельки, кстати, хороши. Что за фирма?

– Ручная работа, – покраснела я.

Мама одобрительно прищелкнула языком.

Ларс кашлянул. Я подумала, что мы довольно нелепо выглядим на заснеженном тротуаре под ярким светом фонарей. Толпа вокруг огибала нас. Как будто кто-то невидимой рукой отводил от нас поток встречающих, провожающих, бывших и будущих пассажиров. А потом все вокруг обезлюдело. Только мы, и вереница темных машин, и фонари, и снег…

– Я очень рада, что ты приехала.

– Твой жених настаивал, чтоб я прилетела немедленно, – мама улыбнулась Ларсу холодной улыбкой, всем своим видом демонстрируя, что жених ей, в общем-то, не очень нравится, но ради счастья единственной дочери она готова его терпеть.

– Спасибо, Маргарита Аркадьевна.

– Просто Марго, – мама подпустила в голос капельку тепла. – Надеюсь, мы с вами не будем опускаться до простецких «мама» и «зятек»?

– Как вам будет угодно, Марго.

Ларс отыгрывал идеального парня. Его предупредительность была мне приятна, и то, как он быстро решил проблему с моей наготой, добавляло в моих глазах немало очков ледяному демону. Кстати, а кто мы с ним теперь? Жених и невеста? Бывшие возлюбленные? Мы ведь до сих пор ничего с ним не обсудили. А сейчас, при маме, беседа становилась и вовсе невозможной.

– Так в чем была срочность, Ларс?

Мама, кажется, начинала мерзнуть в своей легчайшей шубке.

– Я сейчас все объясню…

Мой бывший, все еще бывший, парень повернулся ко мне:

– Сейчас все будет зависеть от ответа вашей дочери. Даша! Дарья Ивановна Кузнецова, ты выйдешь за меня замуж?

Я взглянула в серые глаза, они были серьезны. Предложение? Снова? Я же, кажется, уже говорила «да», еще до всех наших размолвок. А сейчас… Чего он ждет от меня? Согласия? А может, пощечины, чтоб поставить жирную эффектную точку в наших отношениях?